Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. В обращении появятся 50 рублей весьма необычной формы — если вам выдадут сдачу ими, то не удивляйтесь
  2. «Держи штурвал!» Как ребенок в кресле пилота уничтожил российский Airbus c 75 людьми на борту — история невообразимой авиакатастрофы
  3. «Путин говорит: „Надо туда махнуть!“» Лукашенко послал министра в «странный край», где неясно, «что нам делать там, чем заниматься»
  4. От снега до гроз и туманов? Синоптик Рябов рассказал, каким будет апрель
  5. Беларусский бизнесмен, связанный с Управделами Лукашенко, владеет дорогим рестораном и курортом в Литве — LRT
  6. В бригаде, куда часто ездит Карпенков, срочник-спецназовец покончил жизнь самоубийством. Вот что узнало «Зеркало»
  7. Налоговая потребовала от беларусов сменить адреса электронной почты, если они на определенном домене. Вы точно знаете каком
  8. Период дешевого доллара продлевается: когда курс вернется к трем рублям и куда пойдет дальше. Прогноз курсов валют
  9. «Наша Ніва»: Экс-сотрудника контрразведки КГБ, уволившегося в 2020-м, арестовали за измену государству


В понедельник 25 апреля в здании Мингорсуда началось рассмотрение дела в отношении Марфы Рабковой, координатора волонтерской службы правозащитного центра «Весна», и еще девяти политзаключенных. Их обвиняют в создании и участии в «преступных группах».

Фото: spring96.org
Обвиняемые по делу анархисты и волонтеры. Фото: spring96.org

Кроме Марфы Рабковой, среди обвиняемых волонтер ПЦ «Весна» Андрей Чепюк и восемь активистов анархистского движения — Акихиро Гаевский-Ханадо, Александр Францкевич, Алексей Головко, Александр Козлянко, Павел Шпетный, Никита Дранец, Андрей Марач и Даниил Чуль, сообщает ПЦ «Весна».

Их обвиняют в создании и участии в анархистских группах «Революционное действие», «Народная самооборона», «Революцiйна дiя» с 2016 по 2020 годы. По информации правозащитников, дело насчитывает 160 томов.

Трех обвиняемых, в том числе Марфу, СК характеризует как «организаторов и руководителей ряда организованных преступных групп, имевших автономные ячейки в регионах Беларуси со своими лидерами».

Обвинения каждому предъявлены разные. В зависимости от роли фигурантам вменяется от двух до десяти статей УК:

  • ч. 1, 2 и 3 ст. 293 (Организация массовых беспорядков, — до 15 лет колонии);
  • ч. 1. ст. 342 (Организация групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок — до 4 лет лишения свободы);
  • ч. 3 ст. 361 (Призывы к действиям, направленным на причинение вреда национальной безопасности Республики Беларусь с использованием средств массовой информации или глобальной компьютерной сети интернет — до 12 лет лишения свободы);
  • ч. 1 и 3 ст. 361−1 (Создание экстремистского формирования и участие в нем — до 7 и 6 лет колонии);
  • ч. 1 и 2 ст. 285 (Создание преступной организации и участие в ней — до 12 лет лишения свободы);
  • ч. 1 ст. 130 (Разжигание иной социальной вражды или розни — до 5 лет колонии);
  • ч. 2 и 3 ст. 339 (Злостное хулиганство — до 10 лет лишения свободы);
  • ст. 341 (Осквернение сооружений и порча имущества — до 3 лет колонии);
  • ч. 3 ст. 218 (Умышленные уничтожение либо повреждение чужого имущества, совершенные организованной группой — до 12 лет лишения свободы);
  • ч. 2. ст. 295−3 (Незаконные действия в отношении предметов, поражающее действие которых основано на использовании горючих веществ, совершенные группой лиц — до 5 лет колонии).

Напомним, Марфа Рабкова находится в СИЗО с 17 сентября 2020 года. За это время у девушки существенно ухудшилось здоровье: она несколько раз переболела COVID-19, у нее постоянные боли в животе, воспалились лимфоузлы на шее, обнаружена жидкость в малом тазу и много очаговых образований и кист в щитовидной железе. К тому же, у правозащитницы продолжают разрушаться и крошиться зубы, но ей не разрешают посетить стоматолога.

В рамках своей правозащитной деятельности Марфа Рабкова и Андрей Чепюк вместе с волонтерами «Весны» наблюдали за проведением мирных собраний, активное участвовали в кампании независимого наблюдения «Правозащитники за свободные выборы», документировали свидетельств пыток и других жестоких видов обращения в отношении задержанных участников акций протеста, помогали родным политзаключенных.