ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  2. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  3. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  4. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  5. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  6. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  7. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  8. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  9. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  10. Сначала почти лето, потом понадобятся зонты. Прогноз погоды на неделю
  11. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске


Константину (имена в материале изменены) сделали полостную операцию во Вроцлаве. Но после нее беларус дважды столкнулся с грубым отношением — медсестры и врача. Жена пациента Галина подала жалобу — и отношение врачей изменилось. Она рассказала MOST, как можно защитить свои права.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

«Поезжай в свою Украину и там лечись»

В палате после наркоза Константин ощутил сильную боль. Обезболивающее едва помогало, он надеялся, что кто-то из медперсонала облегчит его состояние. Но медсестра, периодически заходившая в палату, по словам Галины, подходила ко всем пациентам, кроме ее мужа. Когда боль стала невыносимой, Константин сам попросил у нее хотя бы снотворное, чтобы «уснуть и не мучиться».

— На что она повернулась и сказала ему: «А чего ты здесь лечишься? Поезжай в свою Украину и там лечись. Зачем ты сюда приперся?» — рассказывает Галина (здесь и далее цитаты персонала больницы приведены исключительно со слов собеседницы).

Медсестру осадили соседи Константина по палате, с которыми он к тому моменту уже познакомился.

«Это неуважение к Польше»

Через две недели после выписки Константин приехал в ту же клинику на снятие швов. В процедурном кабинете были врач и медбрат. Но в тот день мужчина забыл медицинские документы, поэтому показал их фотографии в телефоне. Врачу это явно не понравилось, он даже грозился не принять Константина в следующий раз без бумаг.

По словам мужчины, врач не ответил на несколько вопросов, которые он задал, сказал лишь, что больничный нужно продлевать именно у него. И вышел из кабинета.

Константин не понял, до какого числа действует его больничный и на какой день нужно записываться на прием, также ему была непонятна аббревиатура в документах. И он решил обратиться в регистратуру — подумал, сотрудницы смогут быстро проверить дату в системе.

В этот момент по коридору проходил врач, который только что осматривал мужчину. Он спросил, что здесь делает Константин.

— Муж объяснил, что хочет уточнить дату, чтобы правильно записаться на прием, — говорит Галина. — Но врач начал: «Ходишь, спрашиваешь ерунду! Это неуважение к Польше — не носить с собой документы и не понимать, что в них написано. Что ты за иностранец такой?»

Понять, до какого числа действует больничный, Константин так и не смог.

Как Галина решила защищать мужа

Галина решила написать жалобу. В городском чате «Беларусы Вроцлава» на ее историю откликнулся участник, работающий в медицине. Вместе они оформили текст, описав возникшие ситуации и прикрепив ссылки на нормы польского права. По закону каждый человек имеет право на лечение, основанное на современной медицинской науке, на медицинскую помощь, оказываемую внимательно и профессионально, на уважение и защиту достоинства без какой-либо дискриминации, на лечение боли. Медперсонал также обязан предоставлять пациенту понятную информацию о его состоянии, сохраняя такт и уважение.

— Я попросила провести проверку и принять меры, чтобы такое не повторялось, — говорит она.

Жалобу Галина направила в Национальный фонд здравоохранения (NFZ). Ответ пришел довольно быстро: там признали, что описанная ситуация выглядит серьезной, но пояснили, что разбирать поведение конкретных врачей и медсестер NFZ не уполномочен. В письме NFZ указал, куда именно стоит обращаться дальше:

  • к окружному омбудсмену по профессиональной ответственности врачей — он рассматривает жалобы на врачей;
  • к окружному омбудсмену по профессиональной ответственности медсестер и акушерок — он рассматривает жалобы на медперсонал среднего звена;
  • в центральный офис омбудсмена по правам пациентов в Варшаве — он следит за соблюдением прав пациентов на национальном уровне.

Параллельно Галина направила обращение руководству клиники, а также омбудсмену по правам пациентов, работающему с этой больницей. После она регулярно звонила и уточняла, кто рассматривает жалобу и на какой стадии находится разбирательство, чтобы письмо не осталось без движения.

«Казалось, они сейчас подхватят моего мужа на руки»

Омбудсмен подтвердил, что руководство больницы в курсе. Ответа на жалобу семья пока не получила, но во время следующего визита персонал вел себя очень вежливо.

— Этого врача не было, была другая, — рассказывает Галина. — Мне казалось, они сейчас вот подхватят моего мужа и на руках унесут. С такими улыбками в 32 зуба не просто рассказали, что там после операции происходит, как, но еще и показали. Это было вообще просто… Такое шоу, что мы даже растерялись, не знали, как реагировать.